Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

123

Применение здравого смысла к написанию критических статей

Ну вот, у меня появилось свободное время, а с ним -- возможность привести в порядок некоторые разрозненные заметки и рассказать о вещах, которые мне показались интересными. Конечно, я понимаю, что они могут больше никого не заинтересовать, но так по крайней мере удастся систематизировать информацию, которая, может, пригодится когда-нибудь потом.

Итак, изучая один вопрос, я закопалась в тему очень-очень глубоко и совершенно случайно обнаружила забавный пример того, как может ошибиться... скажем так, чрезмерно увлёкшийся критик, позабывший о том, что для изложения своего Необычайно Важного Мнения в некоторых областях не помешало бы в них разбираться.

Фамилия критика, вы не поверите, Добролюбов. Да-да, Николай Александрович. А критиковал он произведение под названием "Применение железных дорог к защите материка" -- труд инженер-полковника П.Лебедева 3-го. Собственно, с критического наезда разбора и начнём -- благо, он небольшой. Прочитайте, если не жалко пяти минут. :)
Скопировала отсюда: http://az.lib.ru/d/dobroljubow_n_a/text_1858_zhd.shtml

H. А. Добролюбов
Применение железных дорог к защите материка
Инженер-полковника Лебедева 3-го. -- Sur l'application des chemins de fer à la défense du continent, p. le lieutenant colonel du génie P. Lébédeff 3. Trad. par El. Tikhanovitsch (soeur de l'auteur). {Применение железных дорог к защите материка, сочинение инженер-полковника П. Лебедева 3-го. Перевод Ел. Тиханович (сестры автора) (франц.). -- Ред.} СПб., 1857
 H. А. Добролюбов. Собрание сочинений в девяти томах
 М., ГИХЛ, 1962
 Том второй. Статьи и рецензии. Август 1857-май 1858
Какое торжество братской любви, или, лучше сказать, сестринского самоотвержения! А вместе с тем -- какое неопровержимое доказательство той истины, что наука вошла уже у нас в общественное сознание, проникла в армию, в гостиные, к будуары к дамам, у которых братья служат инженерными полковниками. Только в литературу не проникла еще, к несчастью, наука, особенно математическая. О, в этой науке самые ученые литераторы, знающие все, что есть на свете, и даже все, что было в древнем мире, и те оказываются полнейшими невеждами. Недавно вся русская литература позорно признавалась, в лице своих критиков и фельетонистов, что она "не может сметь свое суждение иметь" о статье г. Коркина о каких-то функциях.1 Уж как же зато и посмеялись над ее бессилием ученые специалисты! Теперь готовится им новое торжество: скоро вы услышите, что русская литература откажется свое суждение иметь о книге, переведенной с русского на французский язык, для назидания Европы, г-жою Тиханович, soeur de l'auteur. Я первый начинаю такое признание и торжественно уверяю вас, что ничего не смыслю в книге, переведенной сестрою ее автора... Что прикажете делать? Пришлось пред женщиной стыдиться своего невежества! Я воображаю, как должно быть приятно сестре автора понимать таинственные предначертания своего брата! И как должно быть приятно автору иметь сестру, которая ему сочувствует и пропагандирует на общеевропейском языке его идеи, которые он -- вероятно, из ложного патриотизма -- изложил по-русски! Да, сестра с автором и брат с переводчицей должны быть довольны друг другом! Но мне от этого не легче: я очень недоволен тем, что не могу до тонкости понимать все красоты и все выгоды изобретения, сделанного автором книги, переведенной его сестрою. Предо мною два столбца -- русский и французский; слова, кажется, известны почти все, а о неизвестных во французском лексиконе можно справиться; а не могу войти во вкус изобретения, сделанного братом переводчицы книги г. Лебедева 3-го. Я, к сожалению, могу восхищаться только главной идеей автора, en bloc, {В общих чертах (франц.). -- Ред.} не дерзая входить в подробности. Идея эта высказана в предисловии: автор желает гоняться за кораблями на сухом пути. Его возмущает пассивная роль, которую до сих пор играл материк в морских войнах. "Флот, -- говорит он, -- вредит материку на выстрел, последнему недоступный, и удаляется в море; а материк хотя и может нанесть посильный вред своему врагу, но не иначе, как выждав его приближения". Столь горестное положение материка возбуждает сожаление автора и, вероятно, переводчицы его книги. Они задумали "уравнять силы двух противников разных стихий", т. е. доставить возможность материку "вредить кораблям на выстрел, недоступный ему". Автор и переводчица сознаются, что это намерение должно казаться химерою, chimérique. Но, говорит автор (и ученая сестра-переводчица повторяет за ним то же самое по-французски), "для нашего века, обогащенного практическими приложениями многих таившихся, так сказать, теорий, невозможности почти не существует". И, как истинный представитель своего века, г. Лебедев 3-й предлагает обстроить все морские берега железными дорогами, с которых, по его мнению, выстрелы будут легче достигать кораблей, чем с обыкновенных батарей. Я не знаю, так ли это, но верю г. Лебедеву 3-му потому особенно, что ученая сестра его то же утверждает по-французски. Я, в своем невежестве, должен отказаться от разбора подробностей. Например, я не понимаю устройства парка, который г. Лебедев считает необходимым при железной дороге и в котором он помещает канцелярию, офицерские покои, кузницу, конюшню, ледники и пр. Может быть, это все необходимо для того, чтобы выстрелы дальше хватали; но я никак не смею об этом судить. Кроме этого, г. Лебедев говорит, что "не излишне было бы иметь при парке -- огород, баню и пороховой погреб". Еще бы! Это уж и я понимаю, что не излишне было бы. Не излишне было бы также иметь тут оранжерею, кондитерскую, кафе-ресторан, библиотеку для чтения, театр... Да, что вы думаете? Великолепная идея! Я превзойду г. Лебедева в изобретательности. У меня вот какая мысль есть: крепости строить на железных дорогах! Невозможно себе представить, какие неисчислимые выгоды произойдут от этого для блага человечества! Город построен на рельсах. Подходит неприятель, чтобы взять его; видит, что нет никаких приготовлений к обороне, и заранее радуется легкому успеху. Вдруг... фить... и крепость умчалась из виду по железной дороге... Неприятель остался один, среди голой равнины. Отличная мысль! Я непременно изложу ее, с планами, чертежами и выкладками, и издам непременно с французским переводом, если только у меня будет сестра, подобная по учености сестре г. Лебедева 3-го. А до тех пор я сделаю опыт осуществления моей идеи в малых размерах. Опыт этот будет состоять вот в чем: летом, живя на даче, я всегда страдаю от комаров и мошек; невозможно в сад выйти -- так и облепят. При защите от них я, разумеется, играю в высшей степени пассивную роль. И это мне столь же неприятно, как г. Лебедеву 3-му бессилие материка перед флотом. Силы наши, разумеется, неравны: комар может укусить меня и потом улететь, а я летать за ним не могу. Доселе я безмолвно покорялся своей участи, отмахиваясь по возможности от своих врагов, находящихся совершенно в другой стихии. Но теперь изобретение г. Лебедева внушило мне преполезную мысль: воспользоваться железными дорогами для защиты от комаров. В следующем же году вокруг всей дачи и внутри ее -- по всем дорожкам садика -- проведу рельсы и заведу маленькие локомотивы и вагоны. Как только увижу, что летит комар, брошусь в вагон и мгновенно удеру от него. Если же он захочет преследовать, то я сам начну наступательные движения и буду гоняться за комарами в открытом вагоне, размахивая по ним какой-нибудь дубовой веткой. Вы увидите, как это будет полезно. Осенью же издам непременно книжку: "Применение железных дорог к защите дачников от комаров".
***
Ну как, вам понравилось? Вы оценили, насколько критик изобретателен и остёр на язык? Заметили, как элегантно он приплёл к критическому обзору личность переводчицы, которая имела наглость помочь брату, как сказали бы сейчас, "выйти на западный рынок"? Впечатлились прыткостью его пера? И ведь не соврал, шельмец, когда предупредил почти в самом начале, что "ничего не смыслит в книге". А с комарами, с комарами-то как поддел Лебедева заодно с сестрою! Я прямо слышу, как хохотали над бедолагами современники, читая эту статейку. В наше время она точно собрала бы множество лайков и комментов, но и в 1858 году без внимания публики не обошлось. На той же странице, откуда взята "рецензия", можно прочитать вот такой комментарий (я полагаю, составителя собрания сочинений Добролюбова, изданного в 1962 году):

"Книга инженер-подполковника Лебедева 3-го была своеобразным откликом на рост общественного интереса к вопросам железнодорожного строительства и военно-технической оснащенности русской армии, только что потерпевшей поражение в Крыму. Поэтому она могла быть принята читателями всерьез, против чего и предостерегает рецензия Добролюбова. Насмешки Добролюбова над беспочвенной идеей автора и претенциозностью ее выражения имели такой успех, что однофамильцы стали публиковать заявления о своей непричастности к этому "труду". Редактор "Русского инвалида" полковник Лебедев 3-й в следующей книжке "Современника", в отделе "Смесь", сообщал, что он "не имеет ничего общего с автором книги "Применение железных дорог к защите материка"". (В библиографии "Современника" автор книги назван по ошибке инженер-полковником.)"

Вот так припечатали этого Лебедева, да. К сожалению, саму книгу мне найти в интернете не удалось -- после пяти пустых ссылок и пяти запросов в стиле "утром СМС, вечером книга", я сдалась. Но есть косвенные свидетельства, которым нет повода не верить. Вот, допустим:

"Зерно было брошено в хорошо удобренную и влажную почву, и оно проросло. Сначала появились жизнеспособные идеи: во время Крымской войны 1853–1856 годов русский купец Н. Репин представил управляющему военным министерством «Проект о движении батарей паровозами на рельсах».
Но военное ведомство, занятое разрешением крымской ситуации, развивавшейся весьма печально для русской армии, не обратило на него внимания. К тому же, в это время в районе наиболее активных боевых действий — Крыму, не имелось ни одной железной дороги, что делало идею очень далекой от сиюминутных проблем.
Через год после окончания войны появился новый проект военного инженера подполковника П. Лебедева под заголовком — «Применение железных дорог к защите материка». Этот и другие подобные проекты завалили военные ведомства многих стран Европы."
И.Г.Дроговоз, "Крепости на колёсах: История бронепоездов"

Или вот это:
Через два года, в 1857 году, инженер-полковник П. Лебедев выпустил книгу под названием «Применение железных дорог к защите материка». Развивая идеи Г. Кори, он отмечал, что «береговая артиллерия, ранее обреченная на пассивное ожидание противника, с применением железнодорожных установок приобретет подвижность. Это позволило бы сократить число стационарных батарей и сосредоточивать огонь в необходимом районе в нужное время». Лебедев предлагал проложить вдоль побережья два параллельных железнодорожных пути, защищенных со стороны моря каменной стенкой. По путям могли двигаться паровозы с несколькими платформами, на которых размещались орудия береговой артиллерии. Причем на одном пути располагались бы платформы с пушками, а на другом – с мортирами. Лебедев тщательно разработал не только всю систему обеспечения деятельности железнодорожной позиции, но и вопросы тактики железнодорожной артиллерии как составной части береговой обороны. Тем не менее, и работу Лебедева постигла участь предыдущих проектов.
Л.И.Амирханов, "Броненосцы железных дорог"

Думаю, можно найти и другие упоминания. А, кстати -- эта книга фирурирует в Википедии, в статье https://en.wikipedia.org/wiki/Railway_gun, но почему-то только в англоязычном (!) варианте. В русской версии история железнодорожной артиллерии начинается сразу с Первой мировой войны...

Между тем, началась она гораздо раньше. Можно, конечно, и Леонардо нашего да Винчи тут вспомнить, однако первое практическое применение железнодорожной артиллерии состоялось во время американской гражданской войны. Выглядело оно так: береговое "орудие Брука" (названное в честь разработчика, военно-морского инженера Джона Мерсера Брука) поместили на железнодорожную платформу и повезли к месту битвы у Саваж-Стейшн (так она в русской Вики названа, а вообще -- Savage's Station), которая стала четвёртым сражением в так называемой Семидневной битве. Вообразите, что испытали люди, которые помыслить не могли о том, что по железной дороге может явиться стреляющая штуковина! Что подумал бы Добролюбов, мы никогда не узнаем -- он умер за год до этого события.

Потом понеслось. "Железнодорожные пушки" во время гражданской войны в США использовались многократно, и, насколько я понимаю, вышеописанный первый блин вышел комом, а вот потом "всё заверте...". Во время сражения при Петерсберге использовали с куда бОльшим успехом орудие, поименованное "Диктатор". Вот так оно выглядело:

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/6/61/MovingBatteryPetersburg1864.jpg

Ни один комар, как вы понимаете, слова против не прожужжал бы.
Какое неопровержимое доказательство той истины, что критикам следует иной раз придерживать своё прыткое перо...

Нет, я понимаю, у Добролюбова не было интернета и возможности мгновенно проверить, где и что в мире происходит. Но, как было указано выше, тема в тот период вызывала общественный интерес -- значит, можно было умерить пыл. Впрочем, умолкаю -- я всё же не литературовед и к творчеству Добролюбова в последний раз обращалась ещё в школе, так что могу повторить по отношению к нему тот же трюк, какой он выполнил в отношении Лебедева. :)


В любом случае, его статья в сочетании с фактическим материалом говорит сама за себя.
123

Нуада и Нуала



Анна Уолтон и Люк Госс, интервью о съемках в "Золотой армии".
Госс рассказывает про 9 недель упражнений с мечом и копьем, Уолтон жалуется, что ей так и не дали меч, оба говорят по-эльфийски и дразнят ведущего.
Не все понятно, правда. :(

А Люк Госс, оказывается, ещё и поет. :)

на Челобанова похож...